Как я сделал ремонт и сломал ксенофобию


Прорабу я поставил условие: чтобы никаких узбеков, таджиков и иных неарийских народов на священной земле моей квартиры и духу не было. Прораб кисло усмехнулся, но сдался

Стенки разламывали молдаване. Громили бойко, изобразив в квартире руины Сталинграда. Как сломали, так и пропали. При этом, на две недели. Рассвирепев, я востребовал бригаду только славянских наций. Прораб совсем загрустил, но воля заказчика душила купюрами. На руины прибыли радостные ребята с сочным южнорусским говорком. И принялись таскать доски из угла в угол. Я поразмыслил, что в этом вся соль славянской души: делать медлительно, но на века. Чего и охото при косметическом ремонте. Раздувшись от сладостных мечт, как индюк от кукурузы, я возвратился через неделю, ждя отыскать готовые хоромы.

Заместо стенок в обоях, сияли развалины пола, на нем горы, а на их – тело, обернутое шторой и перегаром. Тело было бригадиром. Блаженно улыбаясь, оно сказало, что: «хлопчики притомились и дня два будут отдыхать». Отыскать следы, от чего же хлопчики так утомились, не удалось. Здесь у меня снесло предохранители. Вызвав прораба, я востребовал трудяг, несмотря на национальность, но чтобы работали. На последующий денек в разгромленное жилье заглянули загорелые мужчины с печально-тихими лицами. 1-го звали Бахрам, другого – Кувандик, что означает: удовлетворенность. Осмотревшись, Бахрам и Удовлетворенность вздохнули, переоделись и… стали работать. При этом сходу.

Через неделю квартиру было не выяснить: она восставала на очах. Не прошло 2-ух месяцев, как была практически готовенькая. Все это время зорко следя за грустными парнями, я много чего увидел. У Радости на телефоне игралась мелодия из «Служебного романа». Бахрам каждое утро начинал с бесплатной газеты, которую прочитывал от корки и до корки, шевеля губками. Работали они ровно с 9 до 18-ти, как менеджеры. После работы умывались и переодевались в незапятнанное. Не пили. Не мусорили. И ведь что грустно: отлично штукатурили и шпаклевали. Как назло: ровно и чисто.

Думаете, мне попались безупречные гастарбайтеры? Самые простые. Не все так было отлично. Они с напряжением понимали по-русски, гласить нужно медлительно и повторять по дважды. Они развели мух, поэтому, что готовили самые дешевенькие макароны с луком на плитке. Они нередко сетовали на вялость и все пробовали стрельнуть у меня тысчонку. Они несколько раз пропали денька на два поэтому, что их замели в отделение. Они сетовали на холод и ветер, вспоминая, как отлично дома. Но устраивать Радости и Бахраму погром, под девизом: «чемодан-вокзал-домой!», у меня бы язык не оборотился. Поэтому, что люди вкалывали. Зарабатывая копейки, которые им отстегивал прораб. И отсылали средства домой. Они очень просили не выкидывать старенькый шкафчик из ванны поэтому, что в нем зеркало, а на улицу выйти непричесанным неблагопристойно, тем паче в пыли. В Ураза-Байрам работали и на Курбан-Байрам работали. Я им говорю: «праздник, идите, отдыхайте». Удовлетворенность глядит грустно и гласит: «работать надо». Здесь я поразмыслил: если б не Удовлетворенность с Бахрамом, у меня бы до сего времени стояли духовные славянские руины. Одни гордятся таинственной душой, заливая ее по гортань, а другие вкалывают до седьмого пота. Вот и вся разница. А высылать их … Поначалу начните у себя ремонт, а позже поглядим, возжелаете вы их депортировать.

Мы меряем себя с Америкой – государством эмигрантов. Так почему бы Рф не признать себя раем для эмигрантов? Почему нужно делать из числа тех, кто любит мелодию «Служебного романа», затаившихся противников, забитых, озлобленных и загнанных в угол, заместо того, чтоб сделать из их сограждан? Не по паспорту, не по липовой прописке, приобретенной за взятку, а по сути, по-настоящему, на самом деле, другими словами, по языку и культуре? Почему бы не сделать так, чтоб они гордились футболками с надписью «Россия», как мексиканцы носят футболки с знаками «USA», и рвали глотки за наших на футбольных трибунах, размахивая нашим флагом? Нужно ведь совершенно малость: не полицейской дубинкой по хребтине, а русским языком и культурой. В прямом смысле слова. Тогда сегодняшние малыши мигрантов лет через 10, когда возрастут, будут гласить по-русски, как на родном языке, и будут считать себя россиянами, а не «понаехавшими чурками».

Если Наша родина, обнищавшая детками, не станет плавильным котлом, а будет плескать в лицо кипяточком, тем, кто желает на нее работать, так ведь без кипяточка совершенно останемся. А позже и без котла. Безвредно помечтать: вдруг, став раем для эмигрантов, и сами заживем, создадим ремонт не только лишь в собственных квартирах, да и в стране? Вы скажите: «а как рынки? Наводнили, пройти нереально!». Как-нибудь дам рецепт, как на рынке излечиться от ксенофобии. А с подонками же, что ножом в подворотне тыкают, разговор должен быть резвый, маленький и непредотвратимый. Все ведь просто: работяг – приручать, лодырей – гнать, бандитов – сажать. Было бы желание. Извините, если что…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *