Графские развалины Шереметевых


Корреспондент АиФ.ru аккомпанировала графа Жору Шереметева в прогулке по бывшей дворянской усадьбе и выяснила, как он хранит российские традиции в Америке

Оценить ход реконструкции усадьбы и парка «Останкино» из штата Калифорния приехал потомок рода Шереметевых с женой. Его предок, российский дворянин и меценат XVIII-XIX веков Николай Шереметев, чью усадьбу на данный момент реставрируют, сделал в ней древесный дворцовый театр и даже женился на крепостной актрисе Прасковье Жемчуговой.

Графские развалины

Снутри бывшая дворянская усадьба и впрямь припоминает развалины: в полумраке видны нагие стенки — большая часть картин сняты, всюду аккуратненько разложены элементы интерьера XVII–XIX веков. Шереметевы перебегают из зала в зал, каждый шаг отзывается скрипом старенького паркета.

В Рф граф Жора Шереметев бывает нередко. По-русски он гласит чисто и как-то по-книжному. «Исторические корешки просто не выдернешь. Они снутри, мы стараемся хранить традиции рода. И малышей приучаем обожать историческую родину, — ведает граф, поднимаясь по ступеням в очередной зал усадьбы. — Все Шереметевы были реальными патриотами и преданы собственной стране — за веру, царя и Отечество…»

Супруга графа тоже из дворянского рода — Ревуцких. По профессии она искусствовед, преподаёт историю искусства в Сан-Франциско. Про собственных малышей Мария Николаевна гласит, что они «очень русские», и в доме Шереметевых принято разговаривать на этом языке.
Далекая часть усадьбы густо заросла лесом. Фото Юлии Демьяновой

«А здесь что — газета выглядывает?» — граф оборачивается к директору музея-усадьбы Геннадию Вдовину, демонстрируя на отверстие в фанерной стенке. «В прежние времена газеты на стенки клеили заместо шпаклёвки и грунтовки, — отвечает тот. — Видимо, ещё дореволюционная». Графу очевидно увлекательны «русские технологии» оклейки обоев. Он достаёт из кармашка маленький фонарик, светит на стенку. «Нет, — разочарованно качает головой, — советская». На пожелтевшем листе отлично читается: «Новый рекорд фрезеровщика орденоносца тов. Гудова… Просите в книжных магазинах. 25 копеек». Идём далее.

Театр и крепостная Параша

Известный на весь мир личный театр графа Николая Шереметева представляет собой маленькую комнату. Конкретно на этой площадке игралась в составе труппы крепостных будущая супруга графа Прасковья Жемчугова. Костюмчики и декорации не сохранились — во время войны 1812 года сгорел флигель с раздевалке. В глубине зала видна только римская колесница — один из уцелевших реквизитов.

Зато сохранилось машинное отделение с механическими приспособлениями театрального дела XVIII века — машинами грома и дождика. «Смотрите, как просто, — директор музея отводит Шереметевых в угол зала. — Здесь с потолка идёт узенький колодец с жестяными пластинами в стенках. Шум дождика получали, когда сверху сыпали горох».

Усадьбу окружает парк по типу французского Версаля. Его реконструкция практически завершена. На этот момент администрация музея занимается восстановлением старенькых деревьев. Через 5 лет обновлённое дворянское гнездо Шереметевых откроет двери для всех.

«Устроили здесь Химкинский лес»

Другая часть поместья Шереметевых, парк «Останкино», тоже находится на реконструкции. Граф Шереметев смотрит за ходом работ с декабря. Парк будет состоять из современной части с игровыми площадками и зоной вай-фай и исторической части — дореволюционной и русской.

«Придя сюда полгода вспять с проектом реконструкции, мы ужаснулись», — вспоминают архитекторы. Культурный монумент был плотно застроен кафе, деловыми кабинетами и целыми веселительными комплексами с площадками для пейнтбола. «Помните, тут кафе стояло?» — обращается к Шереметеву главный конструктор реставрации Андрей Коровянский. «Помню, помню», — кивает тот. «Снесли, — в голосе конструктора звучит издевка. — Когда мы произнесли, что будем сносить нелегальные постройки, над нами посмеялись».

Возникает еще одно кафе с соответствующим заглавием «Лав». С балкона доносится шансон и отборный мат. «В этом месте завершается променадная часть парка, гранит под ногами изменяется на сероватую плитку», — хладнокровно продолжает Коровянский. Здесь прямо на дворцовую аллейку въезжает внедорожник и упирается в Шереметевых. Граф галантно предлагает супруге руку. Не смотря в сторону «Лав», они удаляются вглубь парка.

Далекая его часть заросла лесом. Возвратить сюда пейзажный парк с полянами и открытыми местами можно только после вырубки поросли. «Решаем этот вопрос с экологами: по законам Москвы, ствол толще 8 см считается деревом, трогать его запрещено, — разъясняет конструктор. — Но чтоб открыть пейзажи, парк необходимо чистить. По другому исторических дубов просто не видно, хотя в русские годы меж ними в футбол играли». Старенькые деревья отмечены маркерами в виде штрих-кодов, каждое стоит на учёте у экологов.

«Тут ещё вот какое дело. Только раздастся звук топора — сходу появятся политические активисты с девизами вроде «Не дадим погубить Останкинский парк», — Андрей Коровянский машет рукою в сторону городка. — Мы это уже проходили, когда детскую площадку в новейшей части делали. Устроили нам здесь Химкинский лес. Поначалу из «Яблока» пришли. Позже, правда, Митрохин увидел, как происходит реконструкция, и стал помогать. Следом появились «защитники леса» из КПРФ и «Женщин России». Давайте, кричат, защищать парк Останкино. От чего защищать, сами не знают…» В протяжении чувственного монолога конструктора граф Шереметев хмурится, позже длительно молчит. «Я понимаю… — произносит он в конце концов. — Да, понимаю».

За самоваром и блинами в кафе «Русский чай» Жора Шереметев ведает журналистам о непростых отношениях с прошедшим. «Здесь земля наших протцов. Мы рады бывать в Рф и приобщаться к условиям, в каких они жили и которые перевезли за границу. В Америке сохранять традиции нелегко. Происходит ассимиляция, отражается на последующих поколениях», — рассуждает граф. Загибая пальцы, он перечисляет имена собственных малышей — Александр, Николай, Ариадна, Тамара. Мужские имена Жора и Александр в семье Шереметевых передаются старшим сыновьям через поколение.

После обеда прогулка Шереметевых по владениям протцов продолжилась. В нехоженой части парка, где нет дорог, графине пришлось идти по грязищи. «Как пахнет лесом. Правда, отлично?» — гласила она, обходя лужи. Шереметев здоровался за руку со встречающимися рабочими. Те отряхивались, протягивали руку и удивлённо провожали взором мужчину в светлом костюмчике.

Справка АиФ.ru

Усадьба «Останкино» графа Николая Петровича Шереметева, построенная в конце XVIII века конструкторами Д. Кваренги, Ф. Кампорези и другими, была названа жемчужиной Подмосковья сходу после окончания строительства.

«Останкино» — один из главных объектов культурного наследства столицы. Так, кроме интерьеров и внешнего убранства усадебного дворца в стиле зрелого классицизма, тут находится единственный в мире древесный дворцовый театр. В русское время дворянская усадьба была объявлена музеем творчества крепостных мастеров.

Сейчас в усадьбе идёт масштабная реставрация. Для работы над проектом реставрации усадьбы, включающей парковый ансамбль, планируется привлечь наилучших профессионалов огромнейших глобальных парковых комплексов — Версаля (Франция) и Потсдама (Германия). После окончания реставрации дворца и местности парка усадьба будет развиваться как единый комплекс. Полный цикл реставрационных работ по музею-усадьбе «Останкино» планируется окончить в 2015 году.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *